ПОЧЕМЫ Я ПОДДЕРЖИВАЮ РАЗГРАНИЧЕНИЕ?

07-09-2018 | Вести

Человек в своей жизни редко понимает, что он живет и действует в исторически важное время. Оставаясь под впечатлением потребительской философии о конце истории, историю часто воспринимаем как что-то уже увиденное, что-то прошедшее, а не как что-то создаваемое нами, в чем участвуем, не как то, что предстоит. Поэтому мы так поверхностно и безответственно относимся к моменту, в котором живем, не понимая, что действуем в исторически важное время, в которое заканчиваются процессы, начавшиеся веками до нашего существования, и берут начало новые, которые будут продолжаться ничуть короче. Подобно человеку, который в зрелом возрасте суммирует свои слабые и сильные стороны, стоит лицом к лицу со своими жизненными промахами, неосуществленными мечтами и амбициями, разочарованиями в себя и в других, нация, тоже, в определяющий ее судьбу момент, стоит лицом к промахам и огорчениям, надеждам и страхам. Человек, движимый необходимостью пересмотреть и определиться, сам ищет этого столкновения с самым собой, а нация этого ищет только тогда, когда руководство заставляет её посмотреть себе в глаза и увидеть себя не такой, какой и где хотелось бы быть, а такой, какой она есть и где есть. Те, кто дерзнет от нации потребовать столкновения с самой собой, обычно заканчивает плохо и быстро, однако процесс, начатый им, никто не может остановить или замедлить. Роковое влечение познать самого себя, несмотря на боль, неостановимо притягивает лицо к зеркалу тогда, когда зеркало вскрыто. Подобно столкновению искренне раскаявшегося человека с самим собой, которое помогает преодолеть то, что мы смогли признать, столкновение нации с моментом истины открывает и поднимает те вопросы, которые не были заданы, а сами напросились.
КОСОВСКАЯ РЕАЛЬНОСТЬ
Идея о разграничении с албанцами и приостановлении «Великой Албании» подняла вопрос нашей способности выжить, и признать, что существование государства, как единого сообщества народов после кровавых и повторяющихся этнических и религиозных воин, невозможно, если в нем живут военные враги. Поднялся также вопрос хватить ли у нас мужества решать совокупный национальный вопрос сербов.
Что Косово и Метохия сегодня представляют собой на самом деле? Автономный край в составе Сербии, независимое государство, территорию под управлением ООН в соответствии с резолюцией 1244? Скорее всего, ничего из предложенного или частично все из предложенного. Более того, КиМ представляют собой полигон, на котором показалась не только сила, но и слабость стран Запада, способных вытеснить Сербию с КиМ, однако неспособных установить стабильное и одержимое государство, несмотря на все вложенные военные силы, потраченные миллиарды и политический авторитет. Неуспех Косово является неуспехом НАТО, ЕС, США, всех великих покровителей независимости Косово. Разграничением великие силы признаются, что проиграли, и что пришло время новой политики и нового разделения территории и влияния. Наша способность узнать это, первым предложить решение и позицию, принять ход мыслей великих, однако сделать это не как воевода Мишич при погребении в Косово, где последнее сопротивление обвенчалось лишь песней и памятью, но не победой, а сделать нападение как Мишич на Каймакчалане, благодаря которому мы не освободили, однако начали освобождать Сербию – эта способность свидетельствует об исторической зрелости, которая не вновь обнаружена, однако ее долго сами не видели.
РОЛЬ ВУЧИЧА
Попытка навсегда удалить Сербию из Косово в результате НАТО агрессии, а также остановить процесс решения сербского национального вопроса в целом, именно в КиМ оказалась провалом. На Балканах без Сербии и без сербов нет устойчивого и стабильного решения. Сербию и сербов можно было пренебрегать и упускать из виду только тогда, когда Сербией управляли те, кто иногда соглашаясь с раболепием и игнорированием проблемы, позволяя, чтобы Сербия участвовала во времени, в котором живет, без ясных интересов и способов их осуществления. Достоинство Вучича состоит в том, что он, больше, чем любой надеялся, сумел выбороться за право Сербии и сербов на интерес, за который можно бороться. Его достоинство также в том, что он стал лидером, который с полным авторитетом говорит от имени всех Сербов, несмотря на то живут ли они в Сербии или нет, принимая во внимание совокупный интерес сербов, а не только Сербии или ее элиты. Вот почему он осмелился поднять вопрос, от которого мы бежали десятилетиями. Выдержит ли Вучич роль вождя и выживет ли – я не знаю, однако знаю, что он останется в исторической памяти как человек, который осмелился требовать от сербов стать достойными самых себя, своего величия и начать бороться в нынешнее время, а не рассказывать о древних поражениях и надеяться на победы, для которых сегодняшние не поборются нынешние поколения, а борьбу оставят тем, кто ещё впереди. Вот почему я выступаю за разграничение.
СОЗДАНИЕ АЛБАНСКОГО ГОСУДАРСТВА
И поскольку отношение к Сербии всегда является частью больших геополитических направлений и решений, то и отношение к Косово, а также к Албании и албанцам всегда связано с Сербией и сербами. Албания была создана, чтобы Сербия не выходила на море, а Косово создано, чтобы Сербия была стратегически окружена, чтобы никогда даже не начала самостоятельно принимать решения о себе, а любое ее укрепление будет остановлено заранее. Сербы и албанцы живут в разные эпохи, однако на тех же территориях. Поскольку формирование нации не закончилось в XIX и даже не в XX веке, у албанцев только теперь появился культ нации и ощущение, что у них нет государства, однако у них есть понимание, что надо жертвовать всем ради своего существования, как в девяностые годы, когда, в соответствии с приказами политического руководства албанских партий отказывались от школ, системы здравоохранения, от работы в государственных учреждениях Республики Сербия, пригоняя свой народ в нищету, болезни и трагически плохое образование, последствия чего до сих пор чувствуются в КиМ.
Албания была сформирована только в мае 1913 года благодаря Лондонскому мирному договору, подписанному шестью крупными державами, в результате настояний Австро-Венгрии и Италии не позволить Сербии выход к морю. Албанцы насильственно получили государство, как задачу и последствие балканской войны, в которой другие воевали. Провозгласили они государственность в 1912 году, когда увидели, что пришли сербы, а турки больше не вернутся. Не выиграли они государство в результате национальной борьбы за освобождение от турецкого рабства или развитой буржуазии, которая стремилась к своему экономическому пространству. Албанцы не считали свою жизнь в Османской империи рабством и восстания совершали они редко, без идеи о национальном освобождении, а больше как последствие борьбы кровнородственных объединений, так называемых фисов с местными бéгами, чем желание выйти из тени султана. Албанские требования к Османской империи никогда не шли дальше требований об автономии в рамках самой империи. Из-за упорного пребывания с умирающей Османской империей во время Первой Балканской войны и постоянной ненависти к сербам, албанцы в глазах великих держав стали фактором, который может не только усложнить, а даже остановить прогресс Сербии в южном направлении. Так было в 1690, 1804, 1876, 1878, 1912, 1913, 1915, 1918, 1921, 1941, 1946, 1981, 1991, 1998, 1999, 2004, 2008, и так остается даже в 2018 году.
СЕРБСКИЙ КОСМОПОЛИТИЗМ
Сербы как народ, закончивший процесс создания нации когда и большинство других европейцев, сохраняют вековое сознание о существовании сербского государства в разных формах. Поэтому сербы не воспринимают культ государства и нации как определяющие, особенно учитывая, что существование как нации, так и государства считаются бесспорными и неизменимыми, это подразумевается как правда, во имя которой преподнесено достаточно жертв и их больше и снова не надо преподносить.
Индивидуальность сербов и принятие космополитических ценностей 21-го века также являются одной из причин резких различий в рождаемости сербов и албанцев. Как и везде в мире, у наций, развивающихся в экономическом и цивилизационном смыслах, наблюдается падающая рождаемость, пока у тех наций, отстающих в экономическом и цивилизационном смысле от времени, в котором живут, рождаемость остается на уровне прошедших веков и времен. Во время восстаний Карагеоргия у сербов рождалось гораздо больше детей, чем у турок, которые правили Сербией и отправляли своих детей на учебу в Стамбул.
Сербы – народ толерантен к религиозным и национальным различиям, не только в больших городах, в которых в современной жизни национальные различия практически не чувствуются, а даже в сельской среде, где религиозные и национальные различия являются существенно важными и определяющими. Массовое заселение сербами территорий в Воеводине после Первой и Второй мировых воин, даже после погрома и изгнания сербов из Хорватии в операции «Буря», не привело к насилию или этнической чистке. Процентное соотношение населения действительно изменилось, только не по причине убытия венгров или хорватов, а по причине прибытия сербов.
Даже в КиМ этническая смесь в местах, где сербы составляют большинство, никогда не ставилась под вопрос. На севере КиМ, в муниципалитетах Лепосавич и Зубин Поток, а также в г. Северна Митровица живут албанцы, на которых никто не нападал, которых никто не изгнал, даже во время погрома в 2004 году.
ЭТНИЧЕСКАЯ ЧИСТОТА
У албанцев нет опыта или привычки жить спокойно в этнически смешанной среде. Если составляют большинство, то албанцы ассимилируют или изгоняют других, а если составляют меньшинство, которое маловероятно станет большинством, то они уезжают. Албанцы являются союзниками только тех государств и народов, с которыми не живут - хорватов, итальянцев, немцев, австрийцев, однако не македонцев, черногорцев, и особенно не сербов. Нет народа, который жил с албанцами и не сталкивался с ними, а также нет нации, противостоящей сербам, которую не поддерживали толпы албанской молодежи из Косово или нарко-деньги албанской мафии.
Тут основными даже не являются религиозная близость или различия. Число горанцев, славян мусульманского вероисповедания, сократилось с довоенных 30 тысяч до нынешних 9 тысяч. В самой Горе приезжие албанцы устанавливают муниципалитет Драгаш и горанских детей через школьную систему превращают в албанцев. Боснийские общины также нигде в КиМ не смогли сохранить большинство. Цыганов либо изгоняли, либо превращали в албанцев. Данное явление не является лишь косовской спецификой, о чем свидетельствует и пример Албании, где практически нет национальных меньшинств.
На территории Македонии после вооруженного восстания Албанцы фактически формировали свое государство, отделяя западную Македонию от центральной власти и создавая, таким образом, этнически чистое пространство. Даже в самом Скопье у албанцев есть свои части города, где очень редко можно услышать македонский язык и то с большим риском. Часто происходят вооруженные атаки албанских террористов, пока одновременно в албанских деревнях на границе с Сербией, которые близко к Прешево, практически нет вооруженных сил македонского государства, что позволяет заниматься контрабандой мигрантами и наркотиками. Благодаря большой численности, Охридскому соглашению и поддержке великих западных сил, албанцы определяют судьбу Македонии, славянское большинство населения которой разделено и поссорено настолько, что не может прийти к ключевому решению, определяющему его будущее против воли албанцев.
В Черногории запрет православного богослужения в г. Улцинь, воздвижение памятника Скандербегу, условная поддержка правящего большинства путем формирования новой коалиции с албанским большинством свидетельствуют о растущем влиянии албанцев на власть в Черногории и решающем воздействии на политические решения, касающиеся Сербии и сербов.
В городах Буяновац и Прешево довольно быстро меняется этнический состав, сербы перемещаются к городу Вранье, пока албанцы занимают части муниципалитетов, где когда-то были меньшинством.
Несмотря на усилия международного сообщества, в КиМ не была формирована ни одна успешная политическая партия, которая объединила бы албанцев и сербов или албанцев и любую другую нацию. Ключевая разница политических субъектов албанцев лежит не в идеологическом определении, а в принадлежности к кланам и в степени экстремизма по отношению к сербам или в скорости и способам формального создания «Великой Албании». Как во время Энвера Ходжи направляли на КиМ марксистско-ленинские клетки, с целю восстания против югославских властей, так и в девяностые албанцы были верными последователями западной демократии, а сегодня это самые многочисленные войска Исламского государства. По отношению к количеству населения, албанцев из Косово в рядах ИГИЛ больше, чем иракцев или сирийцев. Факты, что в Косово царит нищета, здесь самый высокий уровень безработицы в Европе, бюджет в основном пополняется за счет пожертвований и таможенных пошлин - не являются весомой причиной для создания партии, которая будет объединять представителей разных наций, но одинаковой идеологии.
Отношение православных или католических албанцев к православным сербам не отличается от отношения их исламских соотечественников. Возвращение сербов не возможно даже в большие города в КиМ. Смешанный брак серба и албанки в Ким стал бы настоящей сенсацией, о которой долго говорили и писали бы. А если бы пара ещё и жила не по албанским правилам в преимущественно албанской среде, то невозможно было бы утверждать, что молодая пара увидят внуков. У сербов такие примеры не единичны, довольно часто встречаются браки с албанками христианками из Албании. Особенно в сельских местностях, пока в центральной Сербии браки представителей разный конфессий и наций не являются новостью – начиная с звездных пар, вплоть до самых обычных людей, просто это не интересно. Сложно представить, что какая-то известная албанская певица или актриса в Приштине за спутника жизни выберет серба. Было бы такое возможным, я уверен, что за последние 20 лет случилось бы хоть разу, однако факт, что такого не было, говорит достаточно. Только разные нации как сербы и албанцы не могут жить вместе успешно, особенно если с первого знакомства по сей день не смогли найти взаимные интересы в краткосрочные периоды мира, и всегда и постоянно находились на разных сторонах, в каждой войне. Даже когда царила идеология братства и единства, сербы албанских руководителей в КиМ воспринимали как навязанных и чуждых, пока албанские коммунисты видели свои посты как возможность создать когда-нибудь государство КиМ и объединить его с Албанией. Именно поэтому этническая чистка сербов в КиМ была постоянной и планируемой. В послевоенной Югославии одним из первых, никогда не объясненных, решений нового руководства была мера запрета изгнанным сербам вернуться на свои поместья, в то время как настоящие и ненастоящие беженцы Энвера Ходжи из Албании принимались и щедро даровались земельными участками и работой. Случай Мартинович или плановые изнасилования сербских девочек служили только примерами для отпугивания и выселения сербов.
НОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ
Чем скорее сербы и албанцы разделятся и между ними формируется крепкая и ясная граница, то скорее будет замедлен процесс расширения «Великой Албании», а благодаря укреплению Сербии, в конечном итоге, будет и остановлен.
Мы должны осознавать новую реальность, то есть, осознавать, что благодаря присоединению Македонии к НАТО, все албанцы, с исключением тех из двух муниципалитетов в центральной Сербии, начали жить в едином политическом и безопасном пространстве, где у них будет преимущественное и невскрытое влияние. Таким образом, фактически будет формирована «Великая Албания», с намерением в кратчайшие возможные сроки объявить о своем формальном существовании. Нужно ли ждать пока это не произойдет или действовать сейчас?
По сути, мы разговариваем и сталкиваемся не с Приштиной, а с Тираной. Западные страны не нарушили международное право и не рисковали политической нестабильностью всего региона из-за одной маленькой части албанской нации. Они это сделали из-за идеи о создании «Великой Албании», той идеи, которая создана фашистской Италией во время Второй мировой войны. Война с албанцами, не только косовскими, но всеми албанцами и их союзниками, неизбежна, если у нас нет четкого представления, что кому принадлежит, если не сократим возможности разного толкования одних и тех же соглашений и территорий, а также если не сократим возможность взаимного контакта, который неизбежно приводит к конфликту.
Если будем смотреть через пограничные линии, или даже через оружье пограничников, то будет более сложно сталкиваться, чем если на севере КиМ ждать начла нападения, пока сербы на юге станут заложниками и средством шантажа. Замороженный конфликт идет на руку лишь албанским интересам, поскольку албанцы задерживают тактическое преимущество определить когда неизбежный конфликт начнется, в соответствии с интересами и возможностями их союзников.
Вооруженные нападения на север или на южные анклавы, которые сейчас незащищены, как не были защищены и в 2004 году, обязательно вызовут вооруженный ответ военных сил и государства Сербии, тем самым вызывая конфликт и со союзниками Косово.
СЕРБСКОЕ НАСЛЕДИЕ
Албанцы на юге Сербии без этнического разграничения будут постоянной и желанной возможностью, позволяющей зарубежному фактору усложнять и беспокоить позицию Сербии и ее повседневную жизнь. С четкими границами и международно-гарантированной позицией сербов в КиМ, как и благодаря гарантированному будущему нашего культурного и религиозного наследия, будем более уверены, что причин для войны станло меньше.
У Албанцев нет ни одного культурного памятника под защитой ЮНЕСКО, оттуда и идет их большое желание стать членами всемирной культурной организации, поскольку таким образом, подобно ассимиляции других народов, они могли бы ассимилировать и культуру и историю, чего им так болезненно не хватает.
 

Подели са пријатељима: